горячая линия
rus
ГОРЯЧАЯ ЛИНИЯ ДЛЯ СЕКС-РАБОТНИКОВ.  КРУГЛОСУТОЧНО.

ЗВОНИТЕ ЕСЛИ:
  • 📌 сотрудники полиции требуют у вас деньги, принуждают к составлению/подписанию незаконных протоколов, проводят незаконные досмотры;
  • 📌 вы подвергаетесь физическому и психологическому насилию со стороны полиции (моральное унижение, оскорбление, принуждение к сотрудничеству, к сексу, изнасилование и т.д.);
  • 📌 вы подвергаетесь насилию;
  • 📌 у вас пытаются отнять детей, ссылаясь на ваш род занятий;
  • 📌 вас шантажируют, запугивают или ограничивают свободу;
  • 📌 вам отказывают в предоставлении медицинских услуг, ссылаясь на ваш род занятий;
  • 📌 вам нужна помощь в получении паспорта, оформлении прописки и т.д.
+38(050) 450 777 4 +38(067) 450 777 4

Корона-кризис еще более осложняет жизнь этих женщин

16 Июн 2020 22:06:10
0
комментариев

Кризис как возможность для консервативного регресса: Это текущая ситуация для матерей-лесбиянок и секс-работниц. О том, как политики реагируют на вызовы сегодняшнего дня невежеством и женоненавистничеством в новой статье журнала «Шпигель».

С самого начала Корона-кризиса много было написано о его влиянии на жизнь женщин, но почему-то почти во всех статьях в основном речь шла о гетеросексуальных матерях, которым приходится совмещать домашнее обучение детей и работу на дому. В некоторых статьях иногда дополнительно затрагивалась тема роста насилия в отношениях и семьях. Согласно выводам чрезвычайно тревожного исследования Технического университета Мюнхена о частоте насилия в обществе в последнее время, обе данные проблемы являются серьезным вызовом.

Однако необходимо отметить, что при этом очень мало внимания уделяется другим группам женщин, положение которых либо непосредственно ухудшилось в результате пандемии, либо активно ухудшилось в тени новостей о пандемии COVID-19.

К этим категориям относятся женщины, которые зарабатывают деньги на сексе (или зарабатывали до кризиса) и мамы-лесбиянки. На первый взгляд это две не обязательно чем-то объединенные группы, но они имеют одну общую проблему: в данный момент ими мало кто интересуется и дела у них скатываются в пропасть.

Реакционеры думают, почему бы не использовать кризис как возможность для регресса. Почему бы еще больше не надавить на меньшинства, которые и так уже подвергаются дискриминации? Возможно, этого никто и не заметит? Иногда пандемия оказывается полезной для того, чтобы реализовать, без большой суеты, уже запланированные дискриминационные идеи, а иногда она полезна в качестве оправдания и предполагаемой причины, чтобы еще больше усложнить жизнь женщинам.

Несмотря на разрешение браков для всех, до равноправия нам еще далеко

Итак, обратим внимание на эти две группы дискриминируемых женщин. Первая группа — это матери-лесбиянки: общественность до сих пор практически не заметила, что Бундестаг принял в конце мая так называемый «Закон о помощи в усыновлении». Закон обещает «больше советов и помощи», что звучит довольно обнадеживающе, но фактически является шагом назад для однополых пар. Семейный портал BMFSFJ утверждает, что закон был принят «для обеспечения лучшей поддержки семей».

Оказание более эффективной поддержки семьям, в которых ребенок имеет двух матерей, было бы очень простым: можно было бы установить, что две женщины, получают общего ребенка («получить» не в смысле «усыновить», а в смысле: одна из них беременна), обе распознаются как матери и не должны подвергаться процедуре усыновления. Так же, как и в гетеросексуальных парах, где отец может быть признан родителем, даже если не было проверки, является ли он биологическим отцом.

Но этого не произошло. Лесбийские пары, у которых есть ребенок, должны не только продолжать проходить процесс усыновления, чтобы быть признанным в соответствии с законом двумя матерями (данный Закон должен вступить в силу осенью), но теперь этот процесс усыновления включает в себя принудительное консультирование и, следовательно, еще одно препятствие, которое необходимо будет преодолеть. Процесс усыновления в любом случае не является милой формальностью и включает в себя, среди прочего, по крайней мере один визит из бюро по делам несовершеннолетних в будущий дом ребенка, предъявление полицейских справок и других документов (это кроме того, что матери должны быть в браке официально).

Все те вещи, которые никто не требует от не состоящих в браке гетеросексуальных пар, у которых есть ребенок, но которые почти не замечаются, возможно, потому, что после вступления в брак у многих людей создается впечатление, что так как брак разрешен для всех, то и гомосексуалисты теперь также равны в правах. Это не так. «Даже через три года после вступления в разрешенный для всех брак, — пишет Немецкая ассоциация юристов, — у ребенка, рожденного в существующем браке двух женщин, есть только один родитель». Отдельные ассоциации и политики выступили против закона, даже запустили онлайн-петицию, которая, однако, до сих пор пользуется незначительной поддержкой общественности.

Бордели как супер-переносчики инфекции?? А хотя бы кто-то призывает к запрету баров Après-Ski?

Другая группа — это в основном женщины секс-работницы, которые в настоящее время находятся в очень плохом положении. На прошлой неделе был Всемирный День секс-работниц, но похоже сейчас праздновать особо нечего. Мало того, что сегодня многие женщины теряют свои доходы из-за карантинных мер. Кроме того, есть также политики, которые хотели бы использовать пандемию для ликвидации проституции в целом. Предположительно (по их мнению) защищая женщин, однако, на самом деле в ущерб им.

«Представляется очевидным, что проституция будет иметь эффект эпидемиологического (??) сверхраспространителя инфекции, поскольку сексуальные действия обычно не совместимы с социальной дистанцией», — говорится в недавнем письме членов Бундестага от Союза и SPD (СДПГ — Социал-демократическая партия Германии) главам правительств Земель Германии. Ну и заодно они также потребовали запретить проституцию в целом. Однако до сих пор публичные дома еще не привлекали особого внимания СМИ как фактические суперраспространители инфекции, в отличие от церковных служб, хоровых репетиций или Баров Après-Ski, запрет на которые до сих пор никто не потребовал.

«Проститутки, а также их клиенты подвергаются значительному риску заражения», — сказал Карл Лаутербах, один из подписантов письма. На мой взгляд, если бы он действительно заботился о вовлеченных сторонах, он был бы готов сделать тесты доступными и не угрожать существованию целой отрасли.

Тут нужно отметить, что сторонники общего запрета на проституцию часто используют принудительную проституцию в качестве аргумента в пользу того, чтобы запретить работать добровольно работающим секс-работникам. Однако никто в мире серьезно не считает, что принудительную проституцию, которая уже запрещена, можно сдержать дополнительными запретами. Обвинение в суперраспространении инфекции также усиливает предубеждение в том, что секс-работа это грязная работа, хотя всем известно, что секс-работники всегда проявляют повышенный интерес к гигиене.

Любой политик, который хочет запретить проституцию, чтобы обуздать распространение болезней, должен был бы запретить и соцсеть для знакомств Tinder, иначе, к сожалению, придется предположить, что он просто Суперраспространитель Мизогинии..

Авторская колонка Маргарит Стоковски

Опубликовано 9 июня 2020 года на портале журнала «Шпигель» Spiegel.de