горячая линия
rus
ГОРЯЧАЯ ЛИНИЯ ДЛЯ СЕКС-РАБОТНИКОВ.  КРУГЛОСУТОЧНО.

ЗВОНИТЕ ЕСЛИ:
  • 📌 сотрудники полиции требуют у вас деньги, принуждают к составлению/подписанию незаконных протоколов, проводят незаконные досмотры;
  • 📌 вы подвергаетесь физическому и психологическому насилию со стороны полиции (моральное унижение, оскорбление, принуждение к сотрудничеству, к сексу, изнасилование и т.д.);
  • 📌 вы подвергаетесь насилию;
  • 📌 у вас пытаются отнять детей, ссылаясь на ваш род занятий;
  • 📌 вас шантажируют, запугивают или ограничивают свободу;
  • 📌 вам отказывают в предоставлении медицинских услуг, ссылаясь на ваш род занятий;
  • 📌 вам нужна помощь в получении паспорта, оформлении прописки и т.д.
+38(050) 450 777 4 +38(067) 450 777 4

Создавая «iyashi»: Исцеление и труд в секс-индустрии Токио

25 Ноя 2019 01:11:36
0
комментариев

Женщины, работающие в японской секс-индустрии, заняты аффективным трудом глубоко гендерного характера на благо мужчин-служащих. Их услуги сосредоточены на iyashi (исцелении), тщательно выстроенной интимной работе, которая объединяет материнскую заботу с сексуальным удовлетворением.

Секс-работницы ценят этот труд как предоставление социально необходимого ухода мужчинам, работающим в высоко ценящихся секторах японской экономики. И все же их собственный труд производится в условиях экономической непредсказуемости. Более того, интимные отношения в секс-индустрии никогда не отделены от условий гендерной экономики. Секс-работники используют гендерные дискурсы производительности, которые отражают иерархию ценности труда, чтобы сформировать свои действия интимной заботы. Эти дискурсы демонстрируют центральное значение гендерно обусловленных допущений для концепций производства и экономики.

Однажды вечером в конце ноября 2011 года водитель такси, который отвез нас с моей знакомой местной секс-работницей на ближайшую железнодорожную станцию ​​в северо-восточной части центрального Токио, высказал мне свое очевидно незаангажированное мнение о существовании секс-индустрии. Мы с подругой провели вечер, совершая поездку по местному району секс-индустрии, история которого насчитывает более четырех веков, и мы завязали разговор с таксистом, пожилым шестидесятилетним уроженцем из этого района. Мы говорили о недавних изменениях в физическом ландшафте округа, когда вдруг он захотел убедиться, что я, его клиентка, молодая женщина и явно иностранка, действительно осознаю значимость существования секс-индустрии в Японии. «Японские мужчины», — говорил он нам, в то время как моя подруга одобрительно кивала в ответ, «работают так усердно, что у них просто нет времени, чтобы тратить его на соблазнение женщин. Проще заплатить женщине за то, чтобы она исцелила [iyasareru] его, а не вкладывать массу времени и денег в отношения».

В процессе беседы таксист описал нам нормативные образы мужчин, работающих в условиях чрезмерно жесткой рабочей этики. Говорил ли он исходя из личного опыта или из своих наблюдений за бесчисленными клиентами-мужчинами, которые забирались в его такси (возможно, направляясь в этот конкретный район секс-индустрии или покидая его), он утверждал, что продуктивный работник несовместим с романтическими отношениями. У мужчин-работников не было времени для эмоциональных вложений, но, очевидно, им нужно было что-то от секс-работниц, чтобы добиться успеха – а именно iyashi (исцеления).

Несколькими неделями ранее Шиори, ветеранка секс-бизнеса, ненароком рассказала мне нечто похожее о мужчинах, с которыми она сталкивалась в своей работе:

«Большинство клиентов — искренние и совершенно обычные люди. Они вкладывают все свои усилия в работу, и когда усталость и стресс становятся слишком сильными, они время от времени уходят в секс-индустрию и освежаются. Ко мне часто приходили измученные клиенты, которые уходили со словами: «Большое вам спасибо. Я очень рад, что пришел. Теперь я снова готов к любым испытаниям!»

В наших беседах о секс-индустрии Шиори часто упоминала iyashi. Теперь, имея в виду истощенных клиентов, приходящих в секс-индустрию, чтобы «освежиться», она, как и таксист, предположила, что ее клиенты пришли на «исцеление», чтобы пополнить свои производственные возможности в качестве рабочих.

Эти весьма похожие на анекдоты случаи являются лишь двумя из многих упоминаний об исцелении, с которыми я сталкивалась при проведении этнографических полевых работ в Токио. Практически все секс-работницы, с которыми я общалась ставили в своей работе функцию исцеления на первый план — будь то iyashi (исцеление) или iyasu/iyasareru (исцелять/исцеляться). Но исцеление от чего? И для чего?

Начиная с 1990-х годов многовалентный дискурс исцеления стал центром общественного внимания во многих сферах жизни японцев. Этот дискурс видоизменяется, в частности, по признаку пола в секс-индустрии, где он представляет собой средство, с помощью которого секс-работницы понимают и формулируют как характер интимной близости, которую они обеспечивают, так и ее важность.

На фото: рекламный щит, расположенный напротив железнодорожной платформы на оживленной станции Сибуя (Shibuya Station), Токио, июль 2011 года. На этом рекламном борде для Vanilla, сайта по трудоустройству для секс-индустрии, «симпатичная» графика подчеркивает невинность, наивность и доступ к потребительскому образу жизни. Текст гласит: «Получите информацию о высокооплачиваемой работе!! Я хочу зарабатывать больше! Я действительно люблю деньги! Получите доступ к нам сейчас и получите информацию, выполнив поиск по «ванильным» и «нужным объявлениям». (Габриэль Кох)

Женщины, работающие в современной японской секс-индустрии, ценят свою заботу — или iyashi — за то, что видят в ней свой реальный вклад в повышение производительности труда служащих мужчин. Недавние политико-экономические и социальные преобразования, особенно неолиберальная перестройка и изменение семейных форм, поставили роли мужчин среднего класса и белых воротничков в новое опасное положение. Эти политико-экономические обстоятельства заставляют секс-работниц по-новому взглянуть на глубоко гендерный аффективный труд и работу по уходу, которую они предоставляют. Их услуги сосредоточены на iyashi, что проявляется здесь как тщательно продуманная интимная работа, которая смешивает материнскую заботу с сексуальным удовлетворением. Помогая мужчинам достичь сексуального освобождения в рамках воссоздания отношений заботы и потворства желаниям, женщины в секс-индустрии понимают, что они позволяют мужчинам повысить свою продуктивность. В то время как секс-работницы считают, что они обеспечивают социально необходимую помощь мужчинам, работающим в социально развитых областях экономики, их собственная работа подвергается стигматизации, краткосрочна и незащищена. Эта противоречивая позиция демонстрирует, что интимные встречи в секс-индустрии не могут быть отделены от гендерной природы концепций «экономики». То, как секс-работницы говорят о производительности, отражает гендерные иерархии ценности труда и формирует их характеристики интимной заботы.

Мой анализ основан на 21-месячной этнографической полевой работе, которую я проводила в Токио с 2008-го по 2013 год. Моя полевая работа привела меня на сайты в секс-индустрии и вокруг нее, включая различные заведения, где работницы-женщины предлагают сексуальные услуги клиентам-мужчинам (например, секс-салоны, стриптиз-театры), тренинги для новых сотрудников, выставки секс-индустрии для клиентов мужского пола, а также места проведения мероприятий на периферии этой отрасли (например, клубы свингеров), где я наблюдала и беседовала с секс-работницами и клиентами. Помимо того, что я проводила время со взрослыми японскими женщинами, работающими в секс-индустрии, когда их не было на работе, я проводила официальные и неформальные интервью с женщинами, мужчинами и трансгендерными секс-работниками, менеджерами секс-индустрии и вспомогательным персоналом, клиентами, журналистами секс-индустрии, полицейскими и юристами. Мой анализ также дополняется и сопровождается обширными комментариями на японском языке.

Полное исследование доступно по этой ссылке

Исследование Габриэль Кох (Университет Йеля)

Впервые опубликовано в журнале American Ethnologist Magazine, том 43, номер 4, ноябрь 2016 г.