Смешивание секс-работы и секс-торговли вредно и должно быть прекращено

Активисты и благотворительные организации предупреждают, что дальнейшая криминализация секс-работы может быть опаснее как для секс-работников, так и для жертв сексуальной эксплуатации.

Эмме только что исполнилось 18, и она считала, что простыни на окнах в первой квартире — это «нормально». Но она начала сомневаться в своей правоте, когда парень оставил её в Лондоне работать в массажном салоне.

В конце смены ей сказали, что она опоздала на поезд домой, поэтому она спросила у секс-работницы, сидевшей за столом в гостиной, может ли она переночевать на одной из массажных кроватей.

«Для меня это было нормально», — сказала она. «Но секс-работница, которая курировала приём, была в ужасе от того, что я вообще могла об этом подумать. Хотя она не знала моего имени, откуда я родом, и только что увидела меня, она настояла, чтобы я осталась на ночь у неё».

Находясь в доме секс-работницы, Эмма поняла, что ее образ жизни был неправильным.

«У неё был настоящий дом с коврами, кухонной техникой, шторами, полным холодильником — везде было всё», — сказала Эмма. «Если бы не подобные встречи с секс-работницами, я бы, возможно, никогда не осознала, что раздавать все свои заработки или находиться под полным контролем кого-то — это ненормально».

До того как Эмму перевезли в Лондон для работы в массажном салоне, её заставляли работать на улице. Её арестовывали и осуждали за «попрошайничество с целью проституции», выписывая столько штрафов, что, сколько бы она ни зарабатывала, она уже не могла с ними справиться. Поэтому любой последующий арест привёл бы к тюремному заключению. Согласно действующему законодательству Великобритании, хотя секс-работа формально легальна, секс-работники часто подвергаются уголовному преследованию за сопутствующие правонарушения.

Активисты и благотворительные организации уже обеспокоены высоким уровнем насилия в отношении секс-работниц, однако при обращении в полицию меры принимаются крайне редко. Учитывая неизбежную дальнейшую криминализацию секс-работы, они опасаются, что ситуация может стать ещё более опасной как для секс-работниц, так и для жертв сексуальной эксплуатации.

«Чем больше секс-бизнеса уходит в подполье, тем больше секс-работников подвергаются риску эксплуатации»

В конце января министру труда лорду Хэнсону (Lord Hanson) из Флинта задали вопрос о влиянии «предостережений за проституцию» – разновидности полицейского предупреждения, выдаваемого лицам, считающимся «праздношатающимися и занимающимися домогательством». Одно из ключевых различий заключается в том, что предостережение за проституцию может быть отражено в судимости человека до достижения им 100-летнего возраста, тогда как простое полицейское предупреждение удаляется из судимости через шесть лет и, следовательно, не требует раскрытия потенциальным работодателям. Утверждается, что это загоняет секс-работниц в ловушку проституции.

Он ответил: «Слишком долго люди находились в ловушке коммерческой сексуальной эксплуатации под видом проституции. Правительство будет использовать все доступные рычаги, чтобы положить этому конец. В настоящее время мы рассматриваем варианты политики, которые позволят нам наилучшим образом поддержать тех, кто пострадал от проституции и сексуальной эксплуатации, в рамках работы над новой стратегией борьбы с насилием в отношении женщин и девочек».

По словам активистов и благотворительных организаций, ответ заключается в том, что фактически коммерческая сексуальная эксплуатация и проституция, то есть секс-работа, объединены.

И это не новость для Лейбористской партии. Перед выборами была внесена поправка к законопроекту об уголовном правосудии, согласно которой вся проституция была определена как сексуальная эксплуатация в Законе о сексуальных преступлениях 2003 года, но впоследствии эта поправка была отклонена с объявлением выборов.

Джесс Филлипс (Jess Phillips) заявила, что хочет добиться этого в рамках правительственной цели по сокращению насилия в отношении женщин вдвое в случае победы лейбористов. Ещё в 2020 году Дама Диана Джонсон (Dame Diana Johnson) предложила законопроект, который «разрушил бы модель сексуальной торговли» путём усиления криминализации секс-работы. В докладе Комитета по внутренним делам по торговле людьми вся проституция классифицируется как сексуальная эксплуатация, и Министерству внутренних дел рекомендуется больше не использовать термин «секс-работа».

Однако те, кто поддерживает как работников секс-индустрии, так и жертв, и выживших жертв сексуальной эксплуатации, говорят, что подобные законодательные изменения не защитят, а навредят.

«Переосмысление проституции как сексуальной эксплуатации обернётся катастрофой для секс-работников и серьёзно подорвёт их безопасность и здоровье», — утверждает Лора Уотсон (Laura Watson) из Английского сообщества секс-работниц (English Collective of Prostitutes).

«Все секс-работники будут отнесены к категории жертв эксплуатации, независимо от того, как мы называем свой собственный опыт, и любой, кто с нами общается, будет считаться эксплуататором».

В настоящее время в Великобритании легально обменивать секс на деньги, но праздношатание, вымогательство, содержание борделя или контроль за проституцией с целью получения дохода криминализированы, что, по словам Уотсон, подвергает секс-работниц дополнительному риску. Однако, если секс-работа будет классифицирована как эксплуатация, Уотсон опасается усиления криминализации, отмечая, что лейбористы склоняются к элементам скандинавской модели, которая криминализирует покупку, но не продажу секса.

«Они [те, кто утверждает, что вся секс-работа — это эксплуатация] придерживаются идеологического подхода к проституции, утверждая, что это насилие в отношении женщин, и поэтому должно быть пресечено посредством уголовного законодательства», — сказал Уотсон. «Но, как мы знаем по опыту стран, где была реализована скандинавская модель, она ставит секс-работниц в ещё более опасные и безвыходные ситуации».

В отчете, опубликованном Лондонской школой экономики и политических наук (LSE), 96% из 210 интервью с бывшими секс-работниками, полицейскими, социальными работниками и политиками в Швеции, Норвегии и Финляндии считают, что скандинавская модель законодательства о секс-торговле сделала секс-работу более небезопасной, а секс-работников более уязвимыми для эксплуатации.

Уотсон заявила, что, после криминализации покупки секса, работники секс-индустрии берут на себя клиентов, с которыми иначе бы не сталкивались, просто, чтобы получить работу.

«Кроме того, жестокие мужчины пользуются уязвимостью женщин, и в результате происходит насилие», — сказала она.

Майя Эсслемонт (Maya Esslemont) из After Exploitation заявила, что из-за этих изменений «женщинам, дающим согласие на секс-работу, станет гораздо сложнее сообщать о своих опасениях или оказывать поддержку людям, которые действительно подвергаются эксплуатации в этой индустрии, поскольку им придется взвесить риск быть привлеченными к уголовной ответственности, если они присоединятся к пострадавшим и подадут заявление в полицию или даже просто расскажут о своем опыте определенным благотворительным организациям».

«Чем больше секс-бизнес загоняется в подполье, тем выше вероятность того, что добровольные секс-работники окажутся в зависимости от третьих лиц и подвергнутся риску сексуальной эксплуатации», — заявили они. «Смешивание опыта жертв современного рабства с опытом секс-работников, работающих по принципу полной свободы воли, создаёт также путаницу в отношении различий в потребностях этих двух групп».

Объединение секс-работы и сексуальной эксплуатации никак не способствует решению проблемы бедности

По словам Лоры Уотсон, многие женщины, входящие в Английское сообщество проституток, занимаются проституцией из-за бедности, и подобное законодательство даже близко не решает эту «корневую проблему».

«Подобные меры не способствуют решению проблем нищеты, бездомности и высокой стоимости жизни, из-за которых так много женщин, особенно матерей, вынуждены заниматься проституцией», — сказала она.

А как быть тем, кто действительно подвергается эксплуатации в секс-индустрии?

В недавнем информационном бюллетене, опубликованном при поддержке шести организаций, включая Anti-Slavery International и After Exploitation, была высказана обеспокоенность тем, что дальнейшая криминализация затрудняет выявление и поддержку жертв. Если с жертвами труднее связаться, поскольку они вынуждены работать «в подполье», то и охватить их услугами становится сложнее, поскольку доступ к поддержке становится меньше.

Эсслемонт утверждает, что вместо криминализации именно улучшение механизмов отчетности и поддержки позволит пострадавшим с уверенностью заявлять о себе.

«Нам нужна безопасная система подачи заявлений, чтобы все жертвы преступлений могли обратиться за поддержкой или в систему уголовного правосудия, независимо от их иммиграционного статуса», — заявили они. «Мы также должны убедиться, что сами секс-работники и жертвы насилия не подвергаются наказанию со стороны системы уголовного правосудия, если делятся подробностями насилия или эксплуатации. Нам необходимо обеспечить реальную поддержку для настоящих жертв сексуальной эксплуатации, что должно быть предусмотрено Законом о современном рабстве, но на самом деле не является юридической гарантией».

Эсслемонт считает, что предложения по борьбе со «спросом» на секс-работу не основаны на доказательствах, и говорит: «Исследования показывают, что там, где секс-работа криминализирована, это не улучшает положение жертв сексуальной эксплуатации, а вместо этого приводит к ухудшению доступа к медицинскому обслуживанию для секс-работников и жертв».

Если бы Эмму не поместили в салон вместе с секс-работницами, она бы не узнала и не получила бы поддержки, чтобы признать, что у неё нет свободы выбора или что она подвергается сексуальной эксплуатации. Она отметила, что чаще всего жертвы опознаются другими секс-работницами.

«Первым человеком, который вступает в контакт с жертвой эксплуатации, часто оказывается секс-работница, первым, кто предлагает хоть какую-то поддержку, часто оказывается секс-работница, и во многих случаях первым, кто помогает жертве сбежать, часто оказывается секс-работница», — заключила она.

«Из-за того, что секс-бизнес загоняют в подполье и скрывают от глаз, жертвы сексуальной эксплуатации оказываются ещё глубже в неведении. Важно, чтобы и секс-работницы, и жертвы сексуальной эксплуатации могли взаимодействовать с властями, не опасаясь последствий или осуждения».

Текст Лорен Кросби Медликотт (Lauren Crosby Medlicott)

Фото: Девон Бьюкенен (Devon Buchanan): Протест против насилия в отношении женщин в Кембриджском профсоюзном обществе.

​​​​​​​Опубликовано 7 марта 2025 на портале https://www.bigissue.com/